Мы живем – благодаря языку. Существуем как народ – благодаря языку. И, наконец, без языка мы не были бы тем, чем являемся, не были бы людьми. Обыкновенно мы понимаем язык как средство общения. Но, кроме того, он одновременно является и средой нашего бытия, и в этом языковом существовании мы проводим 80% времени своей жизни. Благодаря языку и посредством его мы общаемся, мы думаем, мы размышляем, мы воспринимаем мир.



15 апреля 1925 года в газете «Известия» было опубликовано так называемое предсмертное завещание патриарха Тихона, датированное 7 апреля 1925 г. Данный документ, опубликованный в том числе и за рубежом, помимо призывов к поминовению большевистской власти и молитв за нее, содержал выпады против русских архиереев-беженцев за их политическую деятельность. Им предлагалось вернуться в Россию, что означало бы для них тюремное заключение и гибель.


Особенно больно читать в наши дни обвинения в «слабоволии» и «нерешительности» царя-мученика. В тяжелейшие дни отступления 1915 г. государь принял на себя командование армией. Было остановлено отступление, преодолены все проблемы со снабжением, проведен ряд успешных операций. В 1916 г. был осуществлен блестящий Луцкий прорыв, закончившийся разгромом австро-венгерских и германских войск на Юго-Западном фронте. Все военные историки знают, что Императорская армия была отлично снабжена всем необходимым оружием и снаряжением, тяжелыми артиллерийскими орудиями, боеприпасами и прекрасно подготовлена к наступлению весной 1917 г. Это наступление должно было привести к решительному успеху на фронте. Государь, находясь в Ставке, все свои силы отдавал подготовке весенней кампании 1917 года, которая должна была привести к победоносному завершению войны.


В праздник Благовещения Пресвятой Богородицы, 7 апреля (по н.с.) 1925 г. в Москве в больнице Боткина на 61-м году жизни скончался святейший патриарх Тихон. Его кончина явилась неожиданной и загадочной. В эмиграции широкое распространение получила версия, что патриарх был отравлен в больнице по приказанию советской власти. В сознании русской эмиграции патриарх Тихон явился исповедником и страстотерпцем за Христову Церковь в России.


С большим презрением «прогрессивная интеллигенция» относилась к православной церкви, «невежественным попам» и «суевериям темного народа», при этом увлекаясь то учением графа Толстого, то концепцией доктора Штайнера, то старательно гоняя блюдце на сеансах спиритизма. Именно эта публика и несет главную вину за то, что произошло со страной. Именно к ним обращался святой Иоанн Кронштадтский: «Перестань безумствовать! Довольно! Довольно пить горькую, полную яда чашу – и вам, и России!».


Архиерейским Собором было принято новое положение об организации русской церковной власти за границей. Высшим органом управления для всей РПЦЗ становился Собор ее епископов или представителей в священном сане. Он должен был собираться один раз в год. Председателем Собора стал митрополит Антоний на основании постановления №362 от 20.11.1920 г. как старейший по архиерейской хиротонии архиерей. Для работы Собора было признано необходимым наличие двенадцати, в крайнем случае не менее семи епископов.


В ХIХ веке Федор Иванович Тютчев написал: «В Европе есть две силы – Россия и Революция». Под революцией поэт понимал мощное богоборческое движение, которое ставит своей целью уничтожить христианскую государственность и сокрушить Церковь Христову. Тютчев считал, что Русское Царство является оплотом христианской государственности и щитом, ограждающим православную Церковь от натиска богоборцев.


2 сентября 1922 г. открыл работу Заграничный Архиерейский Собор под председательством митрополита Антония. Собор отменил принятое накануне определение Высшего Русского Церковного Управления Заграницей (ВРЦУЗ) и постановил: «… Выражая полное подчинение и сыновнее послушание Святейшему Патриарху Тихону на основании бывших суждений постановили:


В своем послании ко всем православным русским беженцам за границей Русский Всезаграничный Церковный Собор писал: «Да поможет нам общее стремление воссоздать христианский, т.е. богоучрежденный уклад, – теократический уклад жизни и притом в более последовательном строе братского попечения сильнейших над слабейшими, чем было у нас до злосчастной революции. Да послужит нам наше невольное переселение из родины тем-же, чем послужил древнему Израилю Вавилонский плен


Всякий раз, когда приближается празднование Победы, сеть (и некоторые СМИ) наполняются ворчанием и стоном: да что тут праздновать, завалили трупами, да лучше было бы проиграть, да мы бы сейчас баварское пили… Что же, давайте спокойно рассмотрим, против чего тогда воевали.


Весной 1921 г. митрополит Антоний по приглашению патриарха Сербского Димитрия прибыл в Югославию, в то время называвшуюся Королевство сербов, хорватов и словенцев. Вскоре туда перебрались и все члены ВВЦУЗ. Патриарх Димитрий взял русских архиереев под свое покровительство и предоставил Управлению резиденцию патриархии в Сремских Карловцах. 22 июля 1921 г. здесь состоялось первое заседание ВВЦУЗ.


Прекрасно о смысле поста можно сказать словами шекспировского (точнее, пастернаковского) Гамлета: «Я повернул глаза зрачками в душу…». Пост – это как раз такое время, когда можно и нужно не только посмотреть на себя со стороны – на свои поступки, на то, каким ты выглядишь перед другими людьми. Но и на внутреннего себя, то есть на свои мысли и чувства. На то, чего, кроме тебя, никто не видит и о чем никто не знает. Никто, кроме Бога. Самое страшное здесь опять же то, что увидел Гамлет: «сплошные пятна пустоты».


После захвата Киева большевиками в ноябре 1919 года митрополит Антоний переехал в Екатеринодар и был избран председателем ВВЦУ ЮВР. В марте 1920 года владыка Анастасий после захвата Новороссийска большевиками на греческом корабле отправился в Грецию, где находился под покровительством митрополита Афинского Мелетия (Метаксакиса) и собрался уйти в затвор в Пантелеимонов монастырь на Афоне. Однако в сентябре 1920 года по просьбе генерала П.Н. Врангеля вернулся в Крым и возглавил деятельность ВВЦУ ЮВР в Симферополе. Но уже в ноябре вместе с отступающей Белой армией вынужден был навсегда покинуть родину.


После закрытия Успенского собора в мае 1932 г. здание собора никак не использовалось, подвергаясь постепенно разрушению и расхищению. В 1936 г. ОСОАВИАХИМ (Общество содействия обороне и авиационно-химическому строительству СССР) обратилось в городскую администрацию с просьбой «разрешить перестройку здания бывшего собора на Ленинской улице под учебный центр». В 1937 г. горсовет принял решение: «передать ТОФу здание бывшего собора на Ленинской, 65 для переделки под краснофлотское звуковое кино». Это решение не было осуществлено. В том же году начались работы по разрушению здания и были снесены все купола. В 1938 г. собор был взорван, а на его фундаменте и из его обломков был построен жилой дом для «партактива», в котором сейчас размещается художественное училище.