Революция вышла из семинарии (1)

Осипов Алексей Ильич, профессор Московской духовной академии

Без смирения напрасны и труды, и добродетели. Во всех религиях – при разном восприятии и понимании Бога – с благоговением относятся к людям, которых называют подвижниками – тем, кто воздержно ест, мало пьет, принимает на себя различные телесные подвиги. Духовное совершенство достигается трудом, испытаниями, скорбями. В Евангелии мы находим серьезную мысль: «В терпении вашем стяжите души ваши» (Лк. 21:19).

Сам крест, который мы на себе носим, состоит из двух перекладин – горизонтальной и вертикальной. Горизонтальная – то, что происходит с нами помимо нашей воли: заболевания, над которыми мы не властны, природные катаклизмы, объективные неприятности, войны и т.д. Как важно эту драгоценную горизонтальную перекладину использовать во благо! Не обвинять никого, не хулить ни людей, ни Бога, а опомниться. «Достойное по делам своим получаю!»

Что такое вертикаль креста? Как писал святой Исаак Сирин, «Заповеди даны Господом как врачевства, чтобы очищать от страстей и грехопадений». Конечно, сами по себе внешние подвиги (в т.ч. поклоны, посты, милостыни и так далее) не очищают душу. Все эти дела только тогда становятся вертикальной перекладиной креста, которая понемногу отрывает человека от земли, когда он трудится над очищением души от страстей: тщеславия, гнева, ревности, лукавства и так далее. Человек может возгордиться, если он не обращает внимания на самое главное. Святой Исаак Сирин писал так: «Воздаяние (то есть блага, получаемые от Бога) бывает не добродетели и не труду ради нее, а происходящему от них смирению». И если не будет смирения, напрасны все труды, все добродетели – все сожжено.

Здесь мы касаемся самой сути христианства, которая часто ускользает от нашего внимания. Что значит «к смирению»? Видению себя неспособным справиться со своими грехами, грешками, привычками, страстями. Недаром игумен Никон (Воробьев) писал: как огня бойтесь тщеславия, ибо оно уничтожает все добродетели человека. Представьте себе, человек строит, не спит, не ест, и вдруг – поднес спичку и все сжег собственными руками. Так и все наши так называемые добрые дела сжигаются тщеславием, завистью, гневом, враждой, лукавством и т.п.

Ад выплеснулся на поверхность. Но вернемся к событиям столетней давности, о которых игумен Никон (Воробьев) говорил: впечатление такое, будто ад прямо из середины земли выплеснулся на поверхность и дьявол буквально начал командовать в нашей стране. Шло уничтожение народа: топили, увозили в пустыни и бросали на произвол судьбы, морили голодом, расстреливали. Ад выплеснулся на землю – только так, наверное, можно охарактеризовать события после отречения Николая Второго. Философ Василий Васильевич Розанов пишет: «Русь слиняла в два, самое большее – три дня. Не осталось царства, не осталось Церкви, не осталось армии, и не осталось рабочих. Что же осталось-то? Странным образом буквально ничего».

Всем известна прекрасная мысль: «Народ, не осознавший причин бывших бедствий, не избежит их в будущем». Страшное предупреждение.

Почитаешь светских, церковных историков – всюду идеи примерно одни и те же: царица Александра Федоровна немка, значит, шпионка; Распутин подорвал авторитет царской власти; влияние иностранных разведок (Троцкий приехал в марте, Ленин – в апреле)… Но в этом ли причина? Нет, это были только инструменты! У святителя Игнатия (Брянчанинова), 150 лет со дня кончины которого в этом году отмечает наша Церковь, есть высказывание о том, что люди есть только орудие Промысла Божия. Точнее – орудие тех духовных законов, по которым живет каждый человек, каждое общество, каждый народ. И эти духовные законы существуют так же объективно, как и законы материального мира.

Святой Марк Подвижник пишет, что причиной всех наших бед являются наши мысли, потому что они начало нашей деятельности. Духовное состояние человека и общества в целом определяют и внешнюю сторону жизни, даже состояние природного мира. Существуют духовные законы, как и законы физического мира, и их нарушение – это страшная беда.

Не плоть, а дух растлился в наши дни. Так что же произошло в 1917-м? Какой закон был нарушен? Послушаем, что говорят святые отцы о духовном состоянии России в то время.

Преподобный Макарий Оптинский пишет: «Сердце обливается кровью о любезном нашем отечестве, России, нашей матушке, юное поколение питается не млеком учения Церкви, а каким-то иноземным, мутным, ядовитым, заражается духом, и долго ли это продержится?»

Святитель Игнатий (Брянчанинов) в середине XIX века сокрушается о падении монашества, о состоянии Русской Церкви: «Состарившееся изветшавшее древо нередко бывает украшено густым покровом зеленых листьев… но внутренность его уже истлела. Первая буря сломит его». О монашестве святитель пишет: «Оно доживает в России, да и повсюду, данный ему срок, восстановления не ожидаю, потеряно правильное понятие об умном делании… Теперь все искоренилось».

Святой праведный Иоанн Кронштадтский про аналогичные процессы в 1905 г. писал: «Свобода печати сделала то, что Священное Писание, книги богослужебные, святоотеческие писания пренебрегаются… Если в России так пойдут дела, и безбожники и анархисты не будут подвержены каре закона, и если Россия не очистится от множества плевел, то она опустеет. За что? За свое безбожие и за свои беззакония. Земное Отечество страдает за грехи властителя и народа, за маловерие и недальновидность царя, за его потворство неверию и богохульству Льва Толстого и всего так называемого образованного мира министров, чиновников, офицеров, учащегося юношества. Молись Богу кровавыми слезами об общем неверии и развращении России!»

А вот что говорит патриарх Тихон: «Никто и ничто не спасет Россию от нестроений и разрухи, пока сам народ не очистится в купели покаяния от многолетних язв и через то не возродится духовно в нового человека, созданного по Богу и праведности, святости».

А что у нас творилось в духовных школах? Преподобный Варсонофий Оптинский говорил: революция вышла – можно вздрогнуть даже – из семинарии. Выпускник Московской духовной академии митрополит Вениамин (Федченков) писал: «У нас, семинаристов, укоренилось убеждение, что если кто умный, тот неверующий… Мы, в сущности, были больше католическими семинаристами, фомистами (от имени Фомы Аквинского. – А.О.), а не православными». В первых рядах революционеров часто мы видели семинаристов. Когда инспектор нашей академии священномученик Иларион Троицкий читал лекцию о Церкви, один студент встал и сказал: «Спасибо, вы очень интересную лекцию прочитали, но вы не упомянули о революции. Что мы должны сейчас делать для революции? Как мы должны теперь спасать Россию?»

Продолжение следует



Добавить комментарий

Войти через соцсети