Первой жертвой войны становится правда
Джонсон Хайрам

Верстая осенние номера, мы не могли не вспомнить 1 сентября – важнейшую дату в истории всего человечества – начало Второй мировой войны, в которую было втянуто 62 из 74 независимых государств, существующих на тот момент в мире. Несмотря на различие политических систем, у лидеров Запада и нашей страны хватило ума забыть все свои междоусобицы и выступить единым фронтом против Гитлера. Те, кто сейчас пытается обвинить США (в который раз!) во всех наших бедах, стараются забыть о той замечательной кооперации наших стран, роль которой на протяжении всего советского периода была явно недооценена. Но время все расставляет по своим местам. И хорошо, что находятся люди, которые на основе вновь открывшихся архивных документов, вопреки противодействию т.н. «профессиональных» историков (жизнь свою положившие на обслуживание интересов КПСС и КГБ), доносят до нас правду о той войне (ред).


Караваны «свободы» (3)

Караваны «свободы» (3)

29 сентября 1941 года в Москве началась конференция представителей СССР, США и Великобритании, в ходе которой были приняты принципиальные решения о крупномасштабных поставках в Советский Союз вооружения и военной техники. Всего было доставлено (главным образом из США) 17,3 млн т имущества. С учетом произведенных работ и услуг общая стоимость ленд-лиза в СССР составила 11 млрд долларов. В соответствии с условиями ленд-лиза ни рубля, ни доллара, ни цента во время войны уплачено не было. После окончания боевых действий большая часть поставленного была просто списана как израсходованное в ходе войны имущество. На переговорах в 1948-1951 гг. американцы выставили счет на 0,8 млрд долларов – менее 10% от совокупной стоимости поставленного добра. Советская сторона согласилась признать лишь 0,3 млрд. Впрочем, признать долг и вернуть его – две большие разницы. Долгая, многолетняя история споров и склок закончилась тем, что на сегодняшний момент оплачено (с учетом инфляции доллара) не более 1% поставок по ленд-лизу.

Окончание. Начало в №08(234)

Трудно переоценить роль ленд-лиза в переоснащении (количественном и качественном) советских Вооруженных сил средствами радиовязи. 2379 полнокомплектных бортовых радиостанций, 6900 радиопередатчиков, 1 тыс. радиокомпасов, 12,4 тыс. наушников и ларингофонов – и это только для авиации. 15,8 тыс. танковых радиостанций. Более 29 тысяч разнообразных радиостанций для сухопутных войск, в том числе 2092 установленных на шасси «Студебеккера» радиостанции большой (400 Вт) мощности SCR-399, при помощи которых обеспечивалась связь в звене корпус-армия-фронт, и еще 400 таких же радиостанций, но без автомобиля.

Американские радиостанции исправно прослужили в народном хозяйстве СССР, на речном и морском флоте до 60-хх годов, а советская радиопромышленность по меньшей мере на 10 лет вперед была обеспечена образцами для изучения, освоения и нелицензионного копирования.

Подобные списки можно составлять еще долго, но все же на первое место по значимости я бы поставил обеспечение советских ВВС авиационным бензином (впрочем, даже по тоннажу эта категория оказалась на первом месте).

Накануне войны ситуация с обеспечением авиации горючим перешла из стадии «бензинового кризиса» в «бензиновую катастрофу». Новые авиамоторы, форсированные по степени сжатия и наддуву, требовали бензина с большим октановым числом, нежели выпускавшийся в значительных количествах Б-70. Плановый (и фактически в 1941 году не достигнутый) объем производства высокооктановых бензинов Б-74 и Б-78* (450 тыс. тонн) составлял всего лишь 12% от мобилизационной заявки НКО (по Б-78 и вовсе 7,5%). Страна, располагавшая на тот момент самой большой нефтедобычей во всем Старом Свете, держала свою авиацию на строжайшем «голодном пайке».

Советская авиация тем не менее летала и воевала. Всего за время войны было израсходовано 3 млн тонн высокооктанового авиабензина. Откуда он взялся? 720 тыс. тонн – это непосредственно импортные поставки. Еще 1117 тыс. тонн авиабензина было получено смешением импортных высокооктановых (с октановым числом от 95 до 100) компонентов с низкооктановым бензином советского производства. Оставшиеся 1161 тыс. тонн авиабензина (чуть больше одной трети общего ресурса) произвели бакинские заводы. Правда, произвели они этот бензин с использованием ленд-лизовского тетраэтилсвинца, который был получен в количестве 6,3 тыс. тонн. Не будет большим преувеличением сказать, что без помощи союзников краснозвездным самолетам пришлось бы простоять всю войну на земле.

Ленд-лиз в человеческом измерении

238 млн кг мороженой говядины и свинины, 218 млн кг консервированного мяса (в том числе 75 млн кг, обозначенных как «tushenka»), 33 млн кг колбас и бекона, 1089 млн кг мяса кур, 110 млн кг яичного порошка, 359 млн кг растительного масла и маргарина, 99 млн кг сливочного масла, 36 млн кг сыра, 72 млн кг сухого молока… Я не случайно привел объемы ленд-лизовских поставок продовольствия именно в таких странных единицах измерения («миллионов килограмм»). Так проще поделить на число возможных потребителей. Например, за все время войны в госпитали поступило 22 млн раненых. Это значит, что на питание каждого из них теоретически можно было израсходовать 4,5 кг сливочного масла, 1,6 кг сыра, 3,3 кг сухого молока, 60 кг мяса (разумеется, в этот перечень не включена тушенка – это для больного человека не еда). Сравнить эти перечни с реальным рационом военных госпиталей я доверяю нашим уважаемым ветеранам…

Полноценное и обильное питание является, конечно же, важным условием выздоровления раненого, но прежде всего госпиталю нужны лекарства, хирургические инструменты, шприцы, иглы и шовная нить, хлороформ для наркоза, разнообразные медицинские приборы. Со всем эти у нас было не плохо, а очень плохо.

Потеря и/или эвакуация большей части предприятий фармацевтической промышленности привели к тому, что к концу 1941 года объемы производства снизились до 8,5% от предвоенного уровня – и это при том, что ситуация требовала многократного увеличения выпуска медикаментов. В госпиталях стирали использованные бинты; врачам приходилось работать без таких жизненно необходимых препаратов, как эфир и морфин для наркоза, стрептоцид, новокаин, глюкоза, пирамидон и аспирин.

Жизнь и здоровье миллионов раненых спас медицинский ленд-лиз – еще одна тщательно забытая страница в истории войны. В целом поставки союзников обеспечили до 80% потребностей советской военно-медицинской службы. Только в 1944 г. одного лишь стрептоцида было получено 40 млн грамм. Бесценным кладом стали американские антибиотики и сульфаниламиды. А какой ценой можно измерить поставленный в СССР один миллион кг витаминов? Ленд-лизовские хирургические инструменты, рентгеновские аппараты, лабораторные микроскопы исправно прослужили многие годы во время и после войны. Да и 13,5 млн пар кожаных армейских ботинок, 2 млн комплектов нательного белья, 2,8 млн кожаных ремней, 1,5 млн шерстяных одеял для снабжения Красной армии не были лишними…


* Вопреки широко распространенному заблуждению, цифры в обозначении марки авиабензина не равны его октановому числу. Бензин Б-74 имел октановое число, определяемое по «моторному методу», равное 91, бензин Б-78 имел октановое число 93. Для сравнения стоит отметить, что лучший российский автомобильный бензин АИ-98 имеет октановое число, равное 89.

ФОТО: Американский самолет, который ближе к концу войны стал одним из символов господства в небе советских летчиков. Bell P-39 Airacobra – машина асов. Покрышкин, Гулаев, Речкалов, Кутахов и многие другие мастера воздушного боя в разное время летали на Р-39. У Покрышкина 48 из 59 сбитых им самолетов пришлись как раз на полеты на «Аэрокобре».



Добавить комментарий

Войти через соцсети