Арсеньев и Дальний Восток
«Днём, при солнечном свете, мы видим только Землю, ночью мы видим весь мир. Словно блестящая световая пыль была рассыпана по всему небосклону. От тихих сияющих звёзд, казалось, нисходил на землю покой, и потому в природе было всё так торжественно и тихо.»
Из романа Дерсу Узала
«Арсеньев между прочим рассказал мне, как он написал свою книгу. Она вышла из дневников, которые вел он в экспедициях. Это книга, можно сказать, первобытного литератора, своего рода тоже реликт. Ее движение есть движение самой природы и она снова наводит меня на мысль, что поэзия рождается в ритмическом движении природы, вращении солнц и земель и является на свет тем же самым чутьем, которым животные и люди в тайге определяют, без компаса, в какой стороне находится дом.»
Пришвин М.М. «Дневники. 1918-1919»
Человек, который открыл миру Уссурийский край, писатель, этнограф, путешественник. В его книгах запечатлена красота и величие Уссурийской тайги, мудрость и благородство её коренных жителей. Уникальные экспедиции по Дальнему Востоку снискали Арсеньеву (как ученому) мировую славу. В СССР его труды были признаны не сразу. Уже после его смерти началась травля и принижение его научного наследия. Вдова путешественника Маргарита Николаевна Арсеньева была репрессирована и расстреляна 21.08.1938 г. Дочь Наталья Владимировна неоднократно подвергалась репрессиям… Незаконченная рукопись «Страна Удеге» не обнаружена до сих пор.
После окончания учёбы в 1895 г. в звании подпрапорщика Арсеньев рассчитывал выйти в отставку и поступить в институт на инженера-кораблестроителя, как того желал отец, однако неожиданно вышел приказ военного министра, согласно которому выпускникам училищ, в том числе и Арсеньеву, необходимо было прослужить в армии по полтора года за каждый год учёбы в военном училище. 30 января 1896 года он был произведен из подпрапорщиков в офицерский чин подпоручика, с переводом в 14-й пехотный Олонецкий полк, расположенный в г. Ломжа (Польша). Много лет спустя Арсеньев писал, что во время службы в Польше он разочаровался в военной службе, и в свободное от службы время посвятил себя изучению географической литературы. По воспоминаниям его жены Анны Константиновны Кадашевич, уже в Ломже Арсеньев был натуралистом, увлекался ботаникой и орнитологией, и содержал у себя дома целый зверинец:
«Я в Ломже всё время воевала с Володей. Он приносил домой всякую гадость: поставил террариум, там жили жабы […] были ящерицы […]. Ещё возился он со зверьками – жуки, бабочки, всевозможные насекомые, всех на булавку и говорил мне: «Нюра, посмотри, какая прелесть! Какая красота!». Я же не понимала этой красоты. Ещё он собирал птиц: чучела из них заказывал, гербарий собирал. Много растений знал наизусть.»
Ещё со времён учёбы в юнкерском училище, Арсеньев горел желанием заняться изучением Дальнего Востока. Не оставляя мыслей об учёбе в академии, начиная с января 1900 г. Арсеньев стал добиваться своего перевода в одну из пехотных частей Квантунской армии. 1 июня 1900 года поручик Арсеньев был переведён в 1-й Владивостокский крепостной пехотный полк. В это же время его беременная жена уехала к родителям в Санкт-Петербург, и 24 июня 1900 г. родила там первенца – Владимира.
30 июня Арсеньев заехал к родным в Петербург, а на следующий день отправился к новому месту службы во Владивосток. В 1900 году ещё недостроенная Транссибирская магистраль заканчивалась в Забайкалье. Из-за этого путь до Владивостока значительно усложнялся: из европейской части России можно было доехать на поезде только до Сретенска, затем предстояло проплыть на пароходе по Шилке и Амуру до Хабаровска, и только потом, по Уссурийской железной дороге, можно было доехать до Владивостока. По пути пришлось сняться с парохода и задержаться в Благовещенске, где всех военных, в том числе и поручика Арсеньева, мобилизовали для подавления Боксёрского восстания в Китае. За участие в боях поручик Арсеньев был награждён серебряной медалью «За поход в Китай». Много лет спустя, в советское время, Арсеньев скрывал своё участие в этом конфликте, боясь обвинений в подавлении «народно-освободительного» восстания.
Первые свои экспедиции в 1902-1907 гг. Арсеньев совершил в качестве военного топографа. Экспедиции 1911-1913 гг. были посвящены борьбе с хунхузами и браконьерами, которые многие годы буквально терроризировали население Уссурийского края: промышляя грабежами, разбоем и убийствами, они не щадили ни русских, ни туземцев, ни даже китайцев. За свои этнографические коллекции, принесённые в дар Русскому музею он был награжден серебряной медалью этого музея и представлен императору Николаю II.
Осенью 1913 г. проездом из Владивостока в Хабаровске побывал всемирно известный полярный исследователь Фритьоф Нансен. 6 октября Нансен прибыл на поезде на вокзал Хабаровска, где его встречали представители городских властей, а также члены Приамурского отделения ИРГО во главе с Арсеньевым. За несколько дней, проведённых вместе, Нансен и Арсеньев подружились, и после отъезда Нансена из Хабаровска поддерживали переписку вплоть до его смерти в 1930 году, обменивались своими научными публикациями и книгами. В 1920-х годах Нансен оказывал помощь Арсеньеву в публикации его трудов в Германии на немецком языке.
Четыре раза я погибал от голода. Один раз съели кожу, другой раз набили желудки морской капустой, ели ракушки. Три раза я тонул, дважды подвергался нападению диких зверей (тигр и медведь)…»
Строки из письма Арсеньева
С середины 1918 года Арсеньев стал часто ездить во Владивосток, и, вернувшись из Камчатской экспедиции, остался там насовсем. Приехав в Хабаровск в апреле 1919 года, Владимир Арсеньев объявил своей жене Анне Константиновне о намерении развестись с ней. Причиной тому была влюблённость Арсеньева в Маргариту Николаевну Соловьёву – дочь друга Арсеньева, председателя ОИАК и главного контролёра по строительству Владивостокской крепости, действительного статского советника Николая Матвеевича Соловьёва. Маргарита была на двадцать лет моложе Арсеньева, русская по отцу и француженка по матери, она получила хорошее образование в Швейцарии, на родине матери, и, помимо русского, владела французским, немецким и английским языками. Несмотря на разницу в возрасте, между ней и Арсеньевым возникла крепкая любовь.
Интересна история развода Владимира Арсеньева с Анной Константиновной: для того, чтобы получить церковный развод, Арсеньеву пришлось инсценировать собственную измену. Анна Константиновна, впоследствии узнавшая об этой истории, вспоминала, что инсценировку устроил младший брат В. К. Арсеньева Александр. Для этого он снял номер в гостинице на окраине Владивостока, куда он пригласил молодую проститутку и фотографа. Фотограф снял Арсеньева в кровати с проституткой, что и послужило формальным основанием для развода. Брак Владимира Арсеньева и Анны Константиновны был расторгнут “по прелюбодеянию” решением Владивостокского епархиального совета 4 июня 1919 года, при этом, на Арсеньева накладывалась семилетняя епитимья[188].
Сумев каким-то образом проигнорировать епитимью, летом 1919 года Владимир Арсеньев женился на Маргарите Соловьёвой в не сохранившейся до настоящего времени деревянной церкви на Второй речке.
Современники отмечали общность интересов и увлечений у Владимира Клавдиевича и Маргариты Николаевны Арсеньевых. Маргарита Николаевна сразу же занялась делами мужа – финансами, перепиской с заграницей, вычиткой и правкой его текстов. 26 августа 1920 года у них родилась дочь Наталья.
Отношения Арсеньева с бывшей женой не изменились и остались дружескими, однако развод стал причиной обиды их сына Владимира на отца. В 1920 году, в самый разгар Гражданской войны, Арсеньев “для утешения” перевёз Анну Константиновну с сыном из Хабаровска во Владивосток – ближе к себе. В течение пяти последующих лет Арсеньев исправно платил бывшей жене алименты и оплачивал учёбу сына в ГДУ
После окончательного установления советской власти на Дальнем Востоке в октябре 1922 года, Арсеньев, как бывший офицер царской армии, был поставлен на специальный учёт в ГПУ при НКВД с обязанностью ежемесячно отмечаться в органах госбезопасности. При каждом выезде из города требовалось получать специальную «визу». Современник Арсеньева, проживавший в то время во Владивостоке, поэт и бывший поручик царской армии Арсений Несмелов впоследствии свидетельствовал, что при постановке на учёт в ГПУ всем бывшим офицерам «некрасных» армий в паспорт ставился унизительный штамп «Бывший белый комсостав».
4 сентября 1930 года во Владивостоке Владимир Клавдиевич Арсеньев скончался от воспаления легких. Первоначально был похоронен на Военном кладбище на Эгершельде, но в связи с ликвидацией кладбища 18 октября 1954 г. прах Арсеньева был перезахоронен на Морском кладбище Владивостока.
Вдова путешественника Маргарита Николаевна (его 2-ая жена, ред.) была репрессирована и расстреляна 21 августа1938-го. Её заставили признаться в клевете. По иронии судьбы покойного Арсеньева посчитали главой японской разведки в России. Его подозревали в сговоре с китайцами и японцами. Дочь Наталья Владимировна неоднократно подвергалась репрессиям, её единственный ребёнок умер в младенческом возрасте.
Личный архив Арсеньева остался у его дочери, Натальи Владимировны Арсеньевой, у которой он был приобретён Приморским филиалом Географического общества СССР. После Великой Отечественной войны пропала его незаконченная рукопись «Страна Удеге», которую он писал 27 лет и редактировать которую согласился профессор Штернберг. Эта рукопись не обнаружена до сих пор. Именем Арсеньева назван город на Дальнем Востоке и ледник на северном склоне Авачинской сопки. Дом Владимира Арсеньева во Владивостоке сейчас является музеем, открытым для публичного посещения.
Арсеньев – это не только учёный, но и человек, чьи поступки и образ жизни стали примером для многих. Это мост между городской и таёжной культурой, между цивилизацией и природой.
.
Петренко Игорь Николаевич
Для получения контактных данных
(email, телефон и адрес),
зарегистрируйтесь